Первый наставник олимпийской чемпионки Натальи Терентьевой и ведущей тверской лыжницы Дарьи Непряевой, заслуженный тренер России Александр Васильевич Смирнов дал откровенное интервью о состоянии лыжного спорта в регионе. О кадровом голоде, уезжающих спортсменах, разваливающейся инфраструктуре и о том, что нужно сделать, чтобы тверская школа лыжных гонок – одна из старейших в стране – не потеряла своё имя окончательно.


«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

Справка:

Александр Васильевич Смирнов – заслуженный тренер России, главный тренер по лыжным гонкам Центра спортивной подготовки «Школа высшего спортивного мастерства» Тверской области. В июне 2025 года указом Президента РФ он был награждён медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. Его самая известная воспитанница – Наталья Терентьева (в девичестве Непряева): олимпийская чемпионка Пекина-2022 в эстафете, трёхкратный призёр Олимпийских игр, трёхкратный призёр чемпионатов мира, обладательница Большого хрустального глобуса сезона 2021/22 и первая российская лыжница, выигравшая «Тур де Ски». Младшая сестра Натальи – Дарья Непряева – выросла уже в новую эпоху: чемпионка мира среди юниоров 2022 года в гонке на 5 км, двукратная чемпионка России, победительница общего зачёта Кубка России. В 2025 году она первой из россиянок получила нейтральный статус FIS и отобралась на Игры-2026, где выступила в нескольких дисциплинах.


И вот что важно: обе звёзды выросли в Твери, но сегодняшний путь сестёр лежит уже мимо родного региона – в настоящее время они представляют Татарстан. Об этом же – главная боль героя интервью: спортсмены уезжают, а система, которая их растила, трещит по швам.

«По массовому направлению дела идут»

– Александр Васильевич, начинается новый лыжный сезон. Какие ожидания у вас с ним связаны?

– Давайте я немножко начну с истории – с того, что вообще делает федерация лыжных гонок Тверской области. Наша роль заключается прежде всего в подготовке юношей и девушек младшего и среднего возраста и в охвате массового лыжного спорта. Под это и составляется календарный план на сезон. В него мы закладываем, во-первых, массовые старты — «Лыжню России», день бега и другие мероприятия. Во-вторых, соревнования специальной направленности: лыжероллерные гонки, летнюю подготовку, контрольные старты по общефизической подготовке. В-третьих, все чемпионаты и первенства области. Плюс крупные массовые мероприятия — например, «Шестую роту», где охватываем до трёхсот человек. При этом федерация отвечает не только за оздоровление. Лыжные гонки в области – базовый вид спорта, а значит, мы обязаны думать о выступлении сборной региона на первенствах ЦФО и о том, чтобы наши спортсмены пробивались на всероссийские старты. По массовому направлению дела идут неплохо. В каждом муниципальном округе есть секции лыжных гонок или специализированное отделение при спортивной школе. Хорошие примеры – Кашин, Осташков, Торжок, Вышний Волочек. В последнее время активнее подключилась Максатиха, плодотворно работает отделение и в посёлке Калашниково Лихославльского округа.

– То есть лыжные гонки в муниципалитетах развиваются?

– На бумаге – да. Но вот парадокс: у этих муниципальных школ вроде бы есть все условия, а на наших областных соревнованиях большинство из них практически не участвуют. Есть, конечно, муниципалитеты, где работа реально видна, – те же Кашин, Осташков, Торжок, Вышний Волочек, Максатиха. Но и там в основном занимаются дети младшего и среднего возраста. А лыжные гонки – это, по сути, возрастной вид спорта: настоящие результаты спортсмен показывает уже в старших юношах и дальше. И вот здесь у нас начинаются проблемы – переходя к вашему второму вопросу, скажу прямо: мы их испытываем в полной мере.

«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

На лыжном стадионе в Гришкине

«Нижний этаж работает – верхнего нет»

– В чём эти проблемы заключаются?

– В тренерских кадрах – прежде всего. И следствие вы видите в цифрах. В этом году от нас уехало четыре перспективных спортсмена старшего юношеского возраста. До этого уехал парень, который мог выполнить норматив мастера спорта. Почему? Потому что нет продолжения той пирамиды, которую мы закладываем на начальном этапе. Мы проводим свои соревнования на двести человек – а на первенство федерального округа в старших юношеских возрастах выставить по четыре человека в каждой группе – уже проблема. Система, по сути, обрезана: нижний этаж работает, верхнего нет.

– В чём причины такого обрыва?

– В нескольких вещах одновременно. Первая – условия в муниципалитетах. Чтобы ребёнок после 15-16 лет продолжал заниматься, там зачастую просто нет ни нормальной трассы, ни зала, ни специалиста, который бы с ним работал дальше. Вторая – сам город Тверь. У нас две лыжные школы – муниципальная «Тверь» и областная КСШОР № 1 имени олимпийского чемпиона Виктора Капитонова – и на обеих работают всего четыре тренера. И все они задействованы в основном с детьми до 13-15 лет. После того как оплата тренеров стала подушной, каждая школа набирает младший возраст – юношей и девушек закрывают, а вот этап мастерства у нас фактически выпадает. Мы на этом очень много теряем.
Третья – и, может быть, самая обидная. Хорошие тренеры в муниципальных образованиях не видят, кому передать способного мальчика или девочку. Если юный спортсмен хочет поступать в тверской колледж или вуз и одновременно продолжать рост – а к кому его вести? Тренер в муниципалитете смотрит: в Твери для старшего возраста специалистов нет, – и отправляет ребёнка в другой регион. Так теряем и людей, и результат. Из приятного: у нас в Бологое директором спортивной школы работает Дмитрий Смирнов – он энергичный, старший юношеский возраст прикрывает, я ему это дело фактически поручил, и он его как-то закрывает, берёт отпуска ради этих ребят. Но человек совмещает должность директора и тренерскую работу – так система не должна держаться на энтузиазме одиночек.

Тренер в муниципалитете смотрит: в Твери для старшего возраста специалистов нет, – и отправляет ребёнка в другой регион. Так теряем и людей, и результат.

– А с точки зрения техники и экипировки что мешает готовить старших?

– Лыжные гонки сегодня – уже во многом технологичный вид спорта. Нужна грамотная смазка, подбор лыж, рабочее место для сервиса. А на это ничего не выделяется. Поэтому даже лыжников младшего возраста готовить и вывозить на соревнования – уже большая проблема для тренера. Тем более что подготовить юношу – это минимум две пары лыж, две пары ботинок, две пары палок плюс амуниция. А это сейчас очень серьезные деньги. В результате, смотрите, как близко к критической черте мы подошли: в прошлом году с лыжных гонок чуть не сняли статуса базового вида спорта в области – потому что по регламенту обязательно должны быть подготовлены, как минимум, призёры России. К счастью, Маша Кузнецова стала призёром первенства России, летом Анастасия Гунтарева подтвердила норматив на лыжероллерах – вот на этом и выстояли. А старшие мои ребята уже отошли: Крылов – в армии, Замятин – ушёл работать в органы. Молодняк, который был, – уехал. Ирина Непряева от тренерской работы отошла – сейчас сидим с внуками. Поэтому, я вам говорю, беда. Если мы ещё не умерли – то в предынфарктном состоянии.

Первая после Непряевых: тверская лыжница покорили пьедестал первенства России

«Четыре имени — вот и вся наша надежда»

«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

Призер первенства России 2025/2026 Мария Кузнецова

– Но наверняка есть спортсмены, на которых вы всё-таки возлагаете надежды?

– Есть. По моим расчётам, четыре спортсмена способны принести области очки на чемпионатах и первенствах ЦФО и России: это Анастасия Гунтарева, Ирина Бороздина, Кирилл Крылов и очень перспективная девочка Мария Кузнецова. Сейчас я их отправил на сборы. Правда, Крылов проходит службу в армии, присягу принимает. Остальные поехали: Кузнецова сейчас в Кировске, потом у неё переезд на всероссийские соревнования в Сыктывкар. Дима Смирнов в Чое ведёт сборы. Более-менее – это всё, что мы имеем. А вот про средний юношеский возраст пока говорить рановато. И опять упираемся в два момента: материальная база и кадры.

«Работа проще, доход понятнее»

– Расскажите подробнее о кадрах. Почему практически нет притока тренеров – маленькие зарплаты, тяжёлая работа?

– Дело в том, что тренеры в муниципалитетах заняли свою нишу и сидят в ней. Они понимают: куда-то выехать со старшими – не хватит ни квалификации, ни ресурса. А если квалификация есть, человек в итоге бросает группу и уходит туда, где условия лучше. Возьмите нашу городскую школу. С тренером Удаловым у нас постоянные трения: ему говорят – ты должен вести и эту группу, и эту. Он то берёт отпуск за свой счёт, то пишет письма – дай бог, чтобы его освободили от лишнего. А возьмите Марию Кузнецову: спортсменка её уровня требует уже результатов, требует участвовать во всероссийских и окружных стартах, где варится настоящая конкуренция. А кто с ней этим занимается?

– У ваших тверских коллег из гребли по байдаркам и каноэ, например, работает бригадный метод: с одной группой два тренера, один уезжает на сборы – второй остаётся с группой. Почему в лыжах так не делается?

– Я это понимаю, но у нас так нигде не налажено. Мы сами себе режиссёры: каждая школа – со своей задачей, своим руководителем, и никто никем не руководит. А я не могу им указывать – у меня нет таких полномочий. В Чуприяновке, по сути, работают четыре тренера – и все с детьми. Две разные школы, две разные задачи, два разных руководителя – и мы никак не можем прийти к общему знаменателю: сделать одну школу, одно отделение, навести в этом порядок.

– Что нужно сделать, чтобы изменить ситуацию к лучшему?

– Первое и главное – объединить усилия. Сделать одно областное отделение или единую школу по лыжным гонкам. Тем более что муниципальной спортивной школе «Тверь» сейчас хотят присвоить имя Натальи Непряевой. Это было бы логично: одно имя, одна структура, одна школа. Второе – внутри этой структуры предусмотреть тренера, который работал бы только с мастерами, со старшим возрастом. Чтобы был человек, на которого можно «замкнуть» перспективных спортсменов и которому тренеры из муниципалитетов не боялись бы их отдавать. Третье – открыть филиалы этой специализированной спортивной школы в ведущих муниципалитетах по лыжным гонкам, чтобы скоординировать и систематизировать работу по подготовке  спортсменов и оптимизировать и усилить финансовую поддержку ведущих тренеров и лыжников. Посмотрите на цену бездействия: четыре спортсмена старшего юношеского возраста, которые должны были выступать на первенстве ЦФО, – уехали. До этого уехал парень, который был четвёртым на чемпионате России. Они не видели, что здесь смогут продолжать движение, не с кем было. Поэтому тренеры вынужденно отправляют ребят дальше – но «дальше» – это, увы, не Тверь.

Первое и главное – объединить усилия. Сделать одно областное отделение или единую школу по лыжным гонкам. Тем более что муниципальной спортивной школе «Тверь» сейчас хотят присвоить имя Натальи Непряевой.

– Молодые тренеры приходят?

– Молодых практически нет. В Удомле, например, взяли девочку из Бологое. Пока результатов не вижу, но она второй год работает – дай бог, чтобы получилось. В Торопце в этом году сделали новую базу – вроде бы. Но там ни тренера, ни наполнения. И база, судя по всему, построена не в самом удачном месте: занятия проводить там сложно.

В Твери появится спортшкола имени олимпийской чемпионки Натальи Непряевой

«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

– Почему не идут молодые ребята? У вас же много воспитанников – они должны понимать ценность лыжных гонок.

– Мои воспитанники эту школу прошли и всё поняли. Во-первых, это очень тяжёлый труд. Это не зал, не игровые виды, не плавание, где пришёл со свистком, 45 минут отбыл – и пошёл. В лыжных гонках, во-первых, удалённость: обязательно надо куда-то ехать. Во-вторых, обеспечение инвентарём: за инвентарём надо следить – роллеры подтягивать, крепления ставить, зимой лыжи готовить, смазка, мелочи вплоть до шнурков. Труд очень тяжёлый – и люди выбирают другую отрасль. Спортивные факультеты заканчивают – и уходят в фитнес-залы: тренером, инструктором. Работа проще, доход понятнее.

«Ни одна мать и ни одна бабушка не повезёт ребёнка в Чуприяновку»

– Перейдём к базам. Лыжные виды спорта очень зависят от инфраструктуры. Как с ней обстоит в Твери?

– Смотрите! В городе нет ни одной нормальной точки, где юноши и девушки начальной подготовки могли бы элементарно позаниматься ОФП. Возить детей начальной подготовки в Чуприяновку или в Гришкино – это бессмыслица. Тем более что автобусы сейчас практически ни в одной школе не возят: то шофёра нет, то несогласованность с ГАИ, то ещё какие-то проблемы. Я этот вопрос ставил и перед руководством, и перед школами. Говорю: для чего эти группы, которые в основном на начальной подготовке, возить за город? Ребёнку на этом этапе не нужна глубоко специализированная работа. Отжимания, многоскоки, общая физическая подготовка – всё это можно делать в городе. Но надо, чтобы было место: где переодеться, где поиграть, где нормально провести занятие. И такого места у нас нет. Самый идеальный вариант, на мой взгляд, – парк Текстильщиков. Мы смотрели: там можно сделать круг практически до двух километров. Место огорожено, машины не ходят – безопасно. Зимой можно прокладывать лыжню, летом – проводит специальную и общефизическую подготовку. Но нужна инфраструктура: навес, раздевалка, освещение. И объединить там усилия городских и областных структур. Пробовали осваивать парк Тьмаку – но там тоже ничего не создано. Так что надо решать это совместно, на уровне города. Потому что ни одна мать и ни одна бабушка не повезёт ребёнка в Чуприяновку – тем более если это связано с электричками и непонятными расписаниями. Мы на этом теряем огромное количество детей просто на этапе начальной подготовки.

Смотрите! В городе нет ни одной нормальной точки, где юноши и девушки начальной подготовки могли бы элементарно позаниматься ОФП. Возить детей начальной подготовки в Чуприяновку или в Гришкино – это бессмыслица.

«В каждой базе чего-то не хватает»

– А что с основными базами – Чуприяновкой и Гришкино?

– В области две основные лыжные базы – и в каждой чего-то не хватает. Чуприяновка: там есть лыжероллерная трасса, построенная в 1989 году. С тех пор она ремонтировалась только благодаря моим личным связям: один раз помог депутат, второй раз я нашёл человека, который выделил деньги на асфальт. Понимаете? Сколько лет трассе – столько она и требует реконструкции. Круги есть, имитационный и беговой – неплохие. Но за роллеркой следят как-то формально. Гришкино: зимой трасса хорошая – гомологированная, готовится ратраком. Но там нет ни нормальных раздевалок, ни силового зала. А сегодня лыжная подготовка процентов на тридцать – это силовая работа. На улице – какие-то ржавые перекладины. Кто сейчас на это пойдёт, если рядом платный фитнес с любыми тренажёрами?

– Несколько раз говорилось о современном лыжном центре в Гришкино. Забыли про этот проект?

– Мне бы сначала хотелось довести до ума то старое, что у нас есть в Чуприяновке и Гришкине. Если дадут денег на новый центр – конечно, центр. Но сначала надо, чтобы он «жил»: чтобы туда приезжали дети. А сейчас без нормальной инфраструктуры дети туда не едут: электричка, уроки сделать не успевают, к вечеру уже темно, зал открытый, в Гришкино добраться ещё сложнее. Вот такая дилемма – не знаешь, как правильно всё это сделать.

– Что конкретно нужно сделать в Чуприяновке?

– Самое первое – объединить усилия отделений двух тверских спортивных школ – муниципальной и областной. Заасфальтировать лыжероллерную трассу по-новому. Летняя подготовка там строится неплохо: имитационный круг, беговой круг, у одной из школ есть летний навес со снарядами. А у областной школы нет ни силовой площадки, ни роллерки – и мы используем по личным связям базу технического университета.

«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

Дарья Непряева на лыжероллерной трассе в Чуприяновке

– Освещение?

– Оно не по всей трассе – и это опять вопрос к городу. Два года назад опять же по личным связям роллерку приводили в порядок. Сколько вопросов я задавал городским властям… Ещё когда в структуре был Андрей Решетов, я ему этот вопрос ставил. Ответ был честный: «Василич, это относится к муниципалитету, мы не можем государственные деньги туда вкладывать». Вот и живём в этой раздробленности. Хочется верить, что присвоение муниципальной спортшколе имени Натальи Непряевой как-то сдвинет дело в лучшую сторону.

«Приезжают – и готовятся на коленке»

– В Гришкино что нужно сделать в первую очередь?

– Там главный вопрос – жизнь и сервис. Смотрите: все областные соревнования мы проводим в Гришкино. Приезжают ребята со всех муниципалитетов – и им практически негде раздеться, негде приготовить лыжи. Есть два модуля, которые принадлежат спортивной школе, но они настолько неприспособленные, что я даже не знаю, с какой целью их так спланировали: мы-то планировали по-другому. Оптимально было бы взять в оперативное управление старую лыжную базу «Динамо» и поставить там хотя бы шесть-семь вагончиков-модулей: чтобы ребята могли раздеться, приготовить лыжи, просушить форму. А то приезжают – и готовятся «на коленке». Вопрос упирается в статус: земля там относится к федеральной структуре «Динамо». С ними был разговор – условие передали в духе: «отремонтируйте наш тир – тогда обсудим передачу». Но это уже не моего уровня вопросы. И что характерно: даже трасса в Гришкино отошла лесничеству – своих нюансов хватает. А лыжероллерную трассу там строить, на мой взгляд, смысла нет: она будет на окраине, за ней некому следить, заезжать будет кто попало, а переодеться всё равно негде. Сначала надо наладить жизнь на существующих базах – потом строить новое.

«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

– То есть первый шаг – создать базу лыжных гонок в самой Твери, например в парке Текстильщиков?

– Да. Может быть, это будет модульный комплекс – не обязательно что-то грандиозное. Главное – чтобы это была постоянная точка: тренер сидит там утром, допустим, с 9 до 12, и днём с 14 до 17. Чтобы люди знали: завтра тренировка там-то, лыжня будет подготовлена, тренер будет на месте. Чтобы бабушка была уверена: внучка приедет – переоденется, вещи оставит. Не «блуждающая» тренировка, а понятная система. Вот чего не хватает.

«900 тысяч – это цена одного лыжника на сезон»

– Третья проблема, о которой вы говорили, – инвентарь. Лыж хватает?

– Не хватает. Смотрите, как устроено финансирование: на федерацию лыжных гонок области выделяется порядка 900 тысяч рублей в год. Но идут эти деньги на областную КСШОР № 1 имени олимпийского чемпиона В. А. Капитонова. И спортсмены, которые к этой школе не относятся, пользоваться этими деньгами не имеют права. Я этот вопрос ставил не раз. Откуда это взялось – непонятно. Средства выделяются на базовый вид спорта, но закреплены за одной государственной школой, которая может расходовать их только на своих воспитанников. Да и в целом этих средств, мягко говоря, недостаточно.

– Вы сказали, что у нас сегодня есть четыре лыжника, способные принести очки на всероссийском уровне. Сколько такому спортсмену нужно денег в год – на лыжи, смазку, поездки? Чтобы соотнести это с теми же 900 тысячами?

– Если грубо: пара ботинок стоит тысяч 65, хорошие лыжи – около 100 тысяч за пару. Двух пар – уже недостаточно, для нормальной работы нужно четыре. Палки – тысяч по 40, и тоже две пары. Дальше – комбинезон, смазка, расходники и всё прочее. Плюс учебно-тренировочные сборы. То есть на одного спортсмена более-менее высокого уровня в сезон нужно примерно те самые 900 тысяч – практически целый бюджет федерации. Сейчас, например, Марии Кузнецовой я купил одну пару лыж – до этого ей купили одни ботинки. Это призёр первенства России! Скажите ей «спасибо» – и её через день заберут в любой регион с руками и ногами. Так и случилось с Кириллом Шахановым: ушёл – его сразу взяли, порядка полумиллиона вложила московская «спартаковская» школа: обувь, одежда, всё прочее.

На одного спортсмена более-менее высокого уровня в сезон нужно примерно те самые 900 тысяч – практически целый бюджет федерации.

– А сейчас откуда деньги берут?

– У тех, кто по линии областной системы, – частично за счёт школы высшего спортивного мастерства. Кузнецова и Гунтарева поехали на сборы за счёт этой линии. Все остальные собирают крохи – у кого как получается.

– В детско-юношеском спорте выдают инвентарь или покупают сами?

– В основном родители покупают сами. Качественные лыжи – это почти всегда расходы семьи. Школе не имеет смысла вкладываться, если она не видит перспективы мальчика или девочки – а родители ведут своего ребёнка до конца, изо всех сил. И когда условия заканчиваются – стараются довезти его до другого региона. Круг замкнулся: нет финансирования – нет инвентаря – нет условий – уезжают спортсмены.

«В школах лыжных занятий практически нет»

– Но лыжи – это ведь ещё и массовый, оздоровительный вид. Школьники, студенты?

– Об этом – отдельная боль. В школах практически занятий нет: кое-как проводят лыжную подготовку, и то по 30-40 учителей физкультуры в области. Вузы вообще не проводят. В школах нет ни районных, ни областных школьных соревнований. Поэтому тренеры, когда к ним приходят дети, вынуждены начинать с азов: учить ходам, ставить технику. А для этого нужны нормальные условия – подготовленные трассы в городе. Их нет. Чтобы освоить лыжные ходы вне сезона, применяют лыжероллеры. Но кататься на дорогах невозможно и опасно: ребёнка могут сбить – и это, между прочим, подсудное дело. Одна роллерка у нас есть – и та требует внимания. Поэтому обучение должно начинаться уже в детско-спортивной школе. А для этого нужны условия и элементарный порядок.

«Верю в перезагрузку тверского спорта – но пока конкретики не видно»

«Если мы не умерли, то в предынфарктном состоянии»: Александр Смирнов рассказал о ситуации с лыжными гонками в Тверской области

– И всё же – есть надежда, что что-то изменится?

– Честно не знаю. Есть вера в то, что у нас новый руководитель региона и новое веяние – перезагрузка тверского спорта. Если с конкретными предложениями к нему выйти, может быть, что-то сдвинется. Мы даже нашли депутата ГосДумы – нам Дима Смирнов подсказал, – готовили письмо для того, чтобы провести в Твери нормальный этап окружного первенства. Мне все звонят: Василич, почему ты федеральный округ не проведёшь? У тебя же всё соответствует. Отвечаю: ребята, вы меня первым пинать начнёте. У нас нет вакс-кабин, нет стартовых ворот, нет оборудования – чипов, которые на ногу надеваются. Всё это надо закупать. Письмо составили — а дальше не знаю, оно там затерялось или не нашлось. Понимаете, тут мой уровень в этом плане низковат.

– У вас же наверняка есть программа развития, конкретный план того, что нужно сделать?

– Конечно, выработана. И суть её в том, чтобы не лезть пока в многомиллиардные проекты, а сохранить старое: модернизировать базы, разобраться с тренерами. Не просто чтобы были тренеры по ОФП, а чтобы было лыжное продолжение – чтобы существовал этап мастерства, чтобы ребёнку было куда идти.


Вместо послесловия:

Это интервью – диагноз, который человек, вырастивший олимпийскую чемпионку, ставит самой системе, из которой эта чемпионка вышла. Три опоры тверских лыж – кадры, базы, финансирование –просели одновременно, и держится всё на энтузиазме одиночек вроде Дмитрия Смирнова из Бологое. Программа спасения уже выработана: одна школа с именем Непряевой, тренер для этапа мастерства, база в черте города, наведение порядка с деньгами базового вида. Осталось, чтобы её прочитали те, у кого уровень для таких решений «не низковат».

Источник https://tverisport.ru/news

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here